Поразительной голубизной манит к себе прозрачная вода, но непричастна матушка-природа к возникновению этого озера, не было его до 23 марта 1971 года. В тот день синхронный взрыв трех ядерных зарядов (каждый – мощностью в 15 тыс тонн тринитротолуола), заложенных в скважины с интервалами в 163 и 167 метров друг от друга, оставил огромный шрам на земной поверхности в Чердынском районе Пермского края. Экскавационный, то есть на выброс грунта взрыв образовал выемку длиной в 700, шириной в 340 и глубиной в 15 метров, а над ней поднялся к небу двухкилометровый «гриб» газопылевого облака. Со временем котлован заполнился водой.

Операция «Тайга» должна была стать первой из многих таких же в рамках грандиозного проекта по переброске части стока северных рек на юг. Планировалось, что печорская вода напитает стремительно мелеющие Каспий (уровень которого к тому времени опустился на 2,5 метра) и Арал, а также пойдет на орошение засушливых земель в среднеазиатских республиках. Для чего всего-то и нужно было объединить бассейны Печоры и Камы с помощью каскада искусственных водохранилищ, плотин и каналов.

К осуществлению проекта приступили с одобрения ЦК КПСС и Совмина, экскавационные технологии для прокладки канала были предварительно отработаны в ходе модельных операций «Телькем» и «Телькем-2» на Семипалатинском испытательном полигоне.

Однако при всем том, что в Пермском крае подорвали так называемые «чистые» ядерные заряды нового поколения, радиоактивный след распространился далеко, и это было зафиксировано даже в Скандинавии. Последовали протесты по поводу нарушения договора, запрещающего проведение взрывов в тех случаях, если продукты распада достигают территории других государств.

ЭЙФОРИЯ ГИГАНТОМАНИИ

Впрочем, не менее глобальные проекты вынашивались и на Западе, причем с опережением. Так, еще в 1957 году Комиссия по ядерной энергии США приняла научно-техническую программу «Plowshare» («Плуг») по промышленному использованию ядерных технологий.

Да, за океаном, как и у нас, ученых, политиков и промышленников буквально заворожили открывшиеся перед ними перспективы и возможности. В частности, хотели проложить второй Панамский канал, для чего потребовалось бы произвести 300 взрывов. Разрабатывался и проект «Колесница» по созданию глубоководной гавани для нового порта на Аляске, чтобы обеспечить отгрузку угля с крупного месторождения.

Аналогичный замысел намеревались реализовать в Австралии: международный проект был связан со строительством порта на северо-западном побережье континента. В результате серии из пяти взрывов мощностью по 200 килотонн там должна была появиться просторная и защищенная от штормовых волн гавань с глубинами от 60 до 120 метров.

Трижды (в 1967, 1969 и 1973 годах) проводились в США и ядерные эксперименты по стимулированию газовых месторождений, направленные на повышение проницаемости пород.

БОЛЬШЕ НЕФТИ РОДИНЕ!

В СССР по этому пути и ушли дальше, и остановились много позже.

Впервые в мировой практике были осуществлены опытно-промышленные работы с применением подземных ядерных взрывов для повышения коэффициента извлечения нефти.

Начало было положено в 1965 году серией из трех взрывов неподалеку от деревни Новая Казановка в Башкирии, на Грачевском нефтяном месторождении, которое разрабатывало НГДУ «Ишимбайнефть» (объект «Бутан»). Месторождение в рифогенных образованиях находилось в эксплуатации уже семь лет без поддержания пластового давления, которое успело снизиться с 14,7 до 4,4 МПа.

Позднее, в год Московской Олимпиады, там было совершено еще два взрыва для подготовки под закачку в пласт газа. Их воздействием было охвачено 47 процентов площади месторождения, где образовались зоны улучшенной проводимости. Расчеты показали, что суммарная дополнительная добыча нефти составила около 300 тысяч тонн.

Крупномасштабный эксперимент был осуществлен в Якутии, на Средне-Ботуобинском месторождении, где проведено восемь камуфлетных взрывов (объекты «Ока», «Шексна», «Нева», «Вятка»). Это делалось для перевода в промышленные категории запасов нефти (до 30 млн тонн) и газа (до 16 млрд кубометров).

Ядерные взрывы по «камуфлетной» технологии также проводились на Тяжском (объект «Гелий»), Еси-Еговском (объект «Ангара»), Средне-Балыкском (объект «Бензол») и Осинском (объект «Грифон») месторождениях.

Кстати, в числе работников ТПП «ЛУКОЙЛ-Севернефтегаз» есть уроженцы города Осы. И хотя они были в 1969 году еще детьми, но помнят, как содрогнулась земля от тех двух взрывов. Ведь взрывали на глубине 1200 метров всего в 10 километрах от населенного пункта!

В домах полопались оконные стекла, обрушились печные трубы. До наступления холодов, а дело происходило в сентябре, пришлось спешно перекладывать в общей сложности 300 печей, для чего спешно были собраны мастера-печники со всей Пермской области.

Как говорится, «не буди лихо, пока оно тихо». До конца 1976 года радиационная обстановка на опытной площадке Осинского месторождения не превышала фонового значения. Но после проходки и освоения так называемой «прокольной» скважины в центральной зоне взрыва начались миграция радионуклидов по нефтяной залежи и их вынос на поверхность.

И нейтрализацией этого вредного воздействия пришлось заниматься еще долгие годы…