ЛОВИЛ ВСЕ НА ЛЕТУ

Он родился в 1952-м в башкирском селе Исянгулово Зианчуринского района. Там же окончил десятилетку, год проработал токарем в местном отделении «Сельхозтехники». Затем поступил в Магнитогорский горный институт на специальность «Технология и комплексная механизация разработки рудных и нерудных месторождений». После получения диплома горного инженера по распределению 23-летний молодой человек оказался на Ярегской нефтешахте №1.

– Думал, что отработаю здесь три года, как положено молодому специалисту, и уеду. В Оренбурге сестра работала в Гостехнадзоре, меня «сватали» в Соль-Илецк, что неподалеку. Но побывав один раз в северной тайге, я так и не смог променять ее на южноуральские степи, – признается Петр Тимофеевич.

Он устроился мастером горного участка, потом был заместителем начальника участка ВТБ и главного инженера по охране труда, возглавлял горный участок, работал главным инженером шахты, а затем и ее начальником.

П. Пресняков говорит, что у него были очень хорошие учителя, некоторые из них за разработку нового метода добычи «тяжелой» нефти стали лауреатами Государственной премии СССР. Это, прежде всего, Семен Кириллович Коробейников, Раиф Габдуллович Замилов, Владимир Григорьевич Вертий, Болеслав Станиславович Люблинский, Павел Григорьевич Воронин, Евгений Иванович Гуров.

– Невозможно забыть, как учил меня главный маркшейдер Борис Григорьевич Огданец: без крика и унижения, красиво говорил, доступно объяснял, как нужно работать без ошибок. А я ловил все на лету, – утверждает мой собеседник.

«ЛИХИЕ» ДЕВЯНОСТЫЕ

Пик его карьеры пришелся на 1990-е годы, которые сам П. Пресняков называет «лихими».

– Все рушится, никому ничего не надо, зарплаты не платят, забастовки, люди разбегаются, дисциплина упала до минимума… Моей задачей тогда было удержать предприятие на плаву, чтобы оно окончательно не развалилось. Слава богу, сохранился костяк из самых преданных шахте специалистов, поэтому мы и выжили, – вспоминает тяжелые времена Петр Тимофеевич.

Он считает, что радикальные изменения к лучшему на Яреге наступили тогда, когда в поселок пришел «ЛУКОЙЛ».

Началась масштабная модернизация оборудования: появились современные комбайны и буровые станки, цифровые приборы контроля за содержанием газа, сухозаряженные головные светильники весом всего 600 г вместо прежних двухкилограммовых заливных. Кроме того, позитивные изменения произошли и в социальной политике: сразу почувствовалась забота нефтяной Компании о своих работниках.

НАЕДИНЕ С ПРИРОДОЙ

П. Пресняков знает родную шахту наизусть, на ее карте-схеме может показать любой объект, не задумываясь ни на секунду. Да и как может быть иначе, если в строительстве многих из них он принимал самое непосредственное участие. И сегодня застать начальника участка в его служебном кабинете не так просто, он чаще всего либо под землей, либо на осмотре наземных объектов. Петр Тимофеевич называет себя «трудоголиком», каковыми были и его наставники.

А один из них, Болеслав Люблинский, кроме всего прочего, учил молодого Преснякова любить и понимать природу.

– Он ориентировался в лесу, как в собственной спальне. Причем охота и рыбалка носили для Болеслава Станиславовича скорее познавательный характер, а не были одними из способов добычи еды… Сидим с удочками на одном месте, он обязательно встанет и пойдет за поворот реки – а что там? И я стал таким: люблю побродить в одиночестве. Даже если река Ухта будет «кипеть» семгой, я там ловить не буду – слишком много народу и шумно, – заверяет П. Пресняков.

На охоте (обязательно с западносибирской лайкой) он предпочитает добывать пернатую дичь: глухарей, тетеревов, рябчиков, уток. На рыбалке – щуку, хотя, признается, деликатесом считает хариуса, и если тот клюет, конечно, вытащит с удовольствием.

– Брал хариуса весом примерно в 1,3 кг, – по-рыбацки, разводит в стороны руки Петр Тимофеевич.

Ему приходилось ловить и в реке Печоре, хотя больше шахтер-ветеран любит маленькие таежные ручейки. Не раз в парме он встречался с медведями, но нисколько их не боится.

– Зверь всегда стремится уйти подальше от человека, главное – не провоцировать его на агрессию, – говорит опытный охотник-романтик.

НЕ БРАТЬ ЛИШНЕГО

Весьма романтично сложилось и его знакомство с женой. Они отдыхали на турбазе под Туапсе. Одной из достопримечательностей тех мест является скала Киселева, названная в честь русского художника начала ХХ века Александра Киселева, который жил и творил здесь. А еще она знаменита тем, что здесь снимался эпизод рыбалки у Черных камней из культовой комедии Гайдая «Бриллиантовая рука».

– Я тогда был молодой, здоровый, увлекался борьбой, стал кандидатом в мастера спорта по дзюдо. В той скале прорублено 294 ступеньки. Я поднял свою девушку на руки и донес ее так до самой вершины. Не знаю, может быть, именно это и покорило сердце будущей супруги. И я ни разу не пожалел о своем выборе, – признается Петр Тимофеевич.

Они поженились в 1979 году, потом родилась дочь, единственный ребенок в семье. Окончила педагогический институт, сейчас работает рядом с папой – на участке электронного хождения документов (ЭХД). Однако, по словам отца, дочка вполне использует свой нереализованный педагогический талант дома – воспитывает… родителей.

В конце нашего разговора П. Пресняков довольно неожиданно заявил, что считает Землю живым организмом.

– В природе нужно все воспринимать так, как в ней устроено. Будешь брать ее богатства бездумно, заботясь не о потомках, а только о себе, – земля тебя обязательно накажет. Добывать нефть разумно – именно этому меня учили наставники. Так же и в лесу: я всегда отношусь к своей добыче с уважением и никогда не беру лишнего, – сказал в заключении ветеран.