Прокушева и Полякова доставили в отделение полиции и провели осмотр автомобиля с понятыми, зафиксировав наличие журналистской аппаратуры — дрона.

Полицейские хотели изъять дрон и личный мобильный телефон Прокушева, однако после разговора с юристом Владимиром Зубковым, пояснений журналистами закона «О СМИ» и правил использования беспилотника сотрудник полиции (предположительно, участковый инспектор) согласился, что оснований для этого нет. Дрон не нуждается в регистрации — по закону, это обязательно только для дронов весом более 30 кг, редакционный же дрон весит менее 5 кг.

Через два часа журналисты покинули отдел полиции, получив копии всех составленных документов. Дежурный сотрудник даже принес извинения журналистам от имени ОМВД России по Усинску.



Ориентировка? С чего бы это?

Сообщение, которое, вероятно, стало причиной ориентировки, направили в ОМВД сотрудники компании «Лукойл-Коми». Об этом во время беседы с корреспондентами «7x7» говорили полицейские.

В «Лукойл-Коми», кажется, без энтузиазма отнеслись к желанию «7x7» осветить проблему нефтеразливов: рабочим, производящим уборку нефти, запретили общаться с журналистами; охранники требовали у корреспондентов документы и пытались помешать съемке, загораживая камеру. Машина охранников сопровождала автомобиль журналистов более 100 км от места разлива до Усинска. Более того — в полицию были переданы фото, на которых Прокушев и Поляков производят съемку при помощи дрона.



Что за нефтеразлив?

В Коми ежегодно происходят нефтеразливы, это одна из самых острых экологических проблем в республике. Именно в Усинске был зафиксирован самый большой нефтеразлив на суше в мире — речь идет об аварии 1994 года. Про нее снят фильм «Черный рекорд».

В 2016 году в Коми объявляли режим чрезвычайной ситуации — весной нефть попала в реки Ухту и Ижму. Общественная экологическая организация «Комитет спасения Печоры» тогда заявляла о причастности к аварии именно «Лукойла», обвинения в адрес компании звучали и на митинге в селе Ижма. «Лукойл» свою причастность отрицал.

В этот раз корреспонденты снимали нефтеразлив, обнаруженный 22 сентября. Площадь нефтезагрязнения — 3,5 гектара, объем разлившейся нефти еще не определен, ведется расследование. 27 сентября министр природных ресурсов Коми Роман Полшведкин доложил главе региона Сергею Гапликову, что завершение работ на месте разлива планируется до устойчивого снежного покрова.



Что происходит сейчас?

С журналистами и техникой все в порядке.

«„Лукойл“ хотел проучить нас, но вреда больше оказалось для них: почти все новости начинаются со слов „Во время съемки нефтеразлива „Лукойла“ в Коми“... Я снова злюсь на нефтяников, потому что снова увидел масштаб бедствия», — написал в своем аккаунте на Facebook Максим Поляков.

Об инциденте сообщили «Эхо Москвы», «Новая газета», «Дождь», «Медиазона» и ряд других СМИ. Информация широко разошлась в социальных сетях.

«7x7» продолжает готовить материал о нефтеразливе, для которого была произведена съемка. В Минприроды, «Лукойл» и Ростехнадзор будут направлены соответствующие запросы.