Статус всесоюзных ударных комсомольских строек получали наиболее значимые народно-хозяйственные объекты. Они находились главным образом в труднодоступных и малообжитых районах. На таких стройках возводились глобальные проекты советского правительства: магистрали, каналы, станции, водохранилища. На ударных комсомольских стройках обычно удавалось добиваться более высоких показателей, чем в целом по отрасли. 17 января 1975 года статуса Всесоюзной ударной комсомольской стройки был удостоен Усинск.

Со всей страны сюда приезжала молодежь осваивать северные просторы. Устроиться на стройку такого масштаба было почетно. Многие попали в Усинск по комсомольской путевке, большинство осталось здесь на всю жизнь.

Нефтянку можно назвать одной из небольшого количества отраслей, где до сих пор сохраняется романтика тех лет, когда идейная молодежь с нуля в тундре и тайге создавала серьезные объекты. Взять, к примеру, время, когда на Север пришел ЛУКОЙЛ: за последние 30 лет на том же Ламбейшоре, Хыльчую, Харьяге и других месторождениях с нуля выросли огромные индустриальные мегаполисы.

Можно с уверенностью говорить о том, что люди, которые выбрали для себя работу в нефтегазовой промышленности, – это те же романтики 70-х. Опрос «СВ» показал, объяви сегодня в стране новую комсомольскую стройку – Всероссийскую ударную молодежную – многие рванули бы, не задумываясь.

СЕРГЕЙ ЛЫГИН,
ведущий геофизик отдела геологоразведочных работ ЛУКОЙЛ-Коми:

– Конечно! Я, наверное, комсомолец пожизненно. Хотя в 90-х и поучаствовал в развале организации на уровне треста «Севморнефтегазгеофизразведка». Но даже сейчас ощущаю всю легкость и искренность отношений комсомольской юности.

Знаете, когда-то в старших классах я участвовал в молодежном театре. И однажды мы ставили спектакль про отношения молодых людей, комсомольцев, на фоне комсомольской стройки. Спектакль так и назывался – «Девочки-мальчики» (автора с ходу не вспомню). Действие разворачивается с того, что в тайге начинается строительство города рабочей молодежи. И первым объектом на стройке становится баня. На мой взгляд, баня – это, наверное, символ того, что люди приезжают строить не просто город, а себя. Изменение или становление своего отношения к жизни, друг к другу. И проходить надо через очищение от мещанства, лживости и снобизма, от трусости перед неизвестным… В общем, баня делает всех равными, а значит, многое можно изменить/исправить, или же, наоборот, усилить/укрепить... Но все это облекается таким юношеским максимализмом, который почему-то у меня ассоциируется именно с комсомольской юностью.

Да, поехал бы. Но скорее всего совсем с другим восприятием своего места и, наверное, ненадолго. Увы, романтика нынче должна опираться на расчет и реалии нынешнего общества. А реалии диктуют условия, при которых материальные ценности ставятся выше духовно-революционной действительности.

РОМАН СНИЦАРЕНКО,
главный инженер Усинского ГПЗ:

– Конечно, отправился бы. Я по первому образованию строитель. С 2013 по 2017 год активно участвовал в строительстве компрессорных станций. Сейчас скучаю по крупным проектам. Мне нравится это направление: управление проектами, составление и отслеживание календарно сетевых графиков, оптимизация сроков при отклонениях и поиск путей решения. Интересно создавать что-то новое и потом видеть, как оно строится, налаживается и выводится на проектные режимы. Поехал бы на строительство газоперерабатывающего завода. Куда – не принципиально, лишь бы семья рядом была.

МАКСИМ ПЫСТИН,
заместитель начальника Цеха по добыче высоковязкой нефти ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз»:

– Я изучил тему и считаю, что это невозможно. Я бы не пошел. В XXI веке совершенно другая молодежь, со своими особенными ценностями. Мы знаем, как жилось в Советском Союзе разве что со слов родителей – все друг другу доверяли и бескорыстно могли помочь даже незнакомцам. Сейчас все иначе. Если не можешь доверять никому, кроме близких, о какой комсомольской стройке вообще может идти речь? Мне это не представляется возможным.

ДМИТРИЙ ДАВЫДОВ,
начальник Участка механизации и автоматизации производства НШПП «Яреганефть»:

– Естественно, отправился бы! Даже без вопросов – на полгода!

Почему? Это новые знакомства, романтика приключений… Это общее дело, которое не только объединяет людей разных профессий и возрастов, но и дает огромнейший опыт. Люди на таких проектах раскрываются и находят для себя много нового.

ПАВЕЛ ЧОПЕНКО,
машинист насосной станции по закачке рабочего агента в пласт КЦДНГ-4 ТПП «ЛУКОЙЛ-Усинскнефтегаз»:

– Думаю, рискнул бы, так как это, возможно, исторический момент, и вложить частичку себя, приложить к этому свои силы – стоит того! Да и какие-либо изменения в жизни, перемены – это всегда здорово! Новые возможности, знакомые, опыт...

АНДРЕЙ МАЛЯР,
мастер по подготовке и стабилизации нефти бригады № 1 Цеха подготовки и перекачки нефти ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз»:

– Если бы сохранился дух того времени, когда много чего еще было неизведанного, тогда рискнул бы. Потому что это интересно – своими руками что-то начинать с нуля.

А сейчас не рискнул бы. Я уже давно не комсомолец! И времена далеко не романтичные…