Вот уже на протяжении более чем двух десятков лет воркутинские мастера сцены радуют усинского зрителя своими постановками. В репертуаре, как правило, лучшие спектакли с захватывающими сюжетами, действие которых удерживает зрителей в напряжении до самого конца. А для юных театралов северные соседи обязательно привозят детские постановки, которые всегда пользуются огромным успехом.

В первые дни весны у жителей нефтяной столицы Коми, благодаря руководству и Объединенной первичной профсоюзной организации ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ, снова была возможность погрузиться в мир театрального творчества.

Для мальчишек и девчонок воркутинский театр оживил на сцене сказку «Волшебная лампа Аладдина», наполненную магией, восточным колоритом и философией. Эта дивная история – жемчужина сборника «Тысяча и одна ночь», которую воркутинцы воплотили в музыкальный спектакль.

Отменная игра актеров, яркие, продуманные до мелочей декорации и костюмы героев приковывали внимание даже самых юных непосед.

А на следующий день взрослые ценители театра посмотрели комедию «День отдыха» по одноименной пьесе советского писателя Валентина Катаева. Спектакль пролетел на одном дыхании. Зал реагировал искренним смехом на все забавные эпизоды, то и дело взрываясь аплодисментами в особенно удачных местах.

Персонажи пьесы оказываются в доме отдыха «Сыроежки», после чего сюжет стремительно закручивается. В двухчасовом спектакле есть все: путаница, выяснения отношений, любовные истории, неожиданные встречи, появления и исчезновения, беготня, суета, ссоры, примирения, обольщения, обмороки и внезапные исцеления.

«Все, что происходит на сцене, остроумно и неожиданно», «Искренне веселились. Устроили для нас настоящий день отдыха», – отзывались зрители после спектакля, сполна оценив юмор и сатиру драматурга, постановочной группы и актеров.

Одну из главных ролей в спектакле исполнил давно полюбившийся усинской публике талантливый и харизматичный Николай Аникин. Он сыграл добросовестного агента по снабжению Зайцева. Журналистам «СВ» удалось пообщаться с актером.

– Николай Алексеевич, похожи ли вы на своего героя?
– Каждый служитель сцены в любом случае начинает лепить образ через себя. Поэтому, несомненно, похож. Надо сказать, люди – это неизведанная вселенная. Мы сами себя не знаем до конца. Скажу даже, что в каждом из нас есть что-то от Зайцева. Меня в моем герое восхищает его оптимистичность и то, что он горит идеей. Ведь если нет страсти, то и смысла в такой работе нет.

– Вы служите в театре почти 25 лет. Кто из сыгранных героев за все время вашей актерской деятельности вам ближе по характеру?
– По жизни мне близок образ Стэнли из спектакля «Безумный таксист». А образцовым героем является персонаж из постановки «Зима» по Евгению Гришковцу, где на задании замерзают два солдата и разговаривают ни о чем и обо всем сразу. Одного из них сыграл я. Это был необычный опыт.

– Говорят, что после спектакля у актера зачастую наступает эмоциональная опустошенность. Как с этим справляетесь?
– Чем актер опытнее, тем успешнее умеет справляться с этим состоянием. Музыку в уши и гулять по вечернему городу, компьютерные игры – это все хорошие инструменты, которые помогают перезагрузиться. А еще в последнее время я смотрю мультики. «Смешарики» – это шедевр, по-моему!

– Какое амплуа вам больше подходит?
– Время диктует свои правила. Театральное амплуа сегодня – достаточно размытое понятие. Актер должен уже уметь играть всех: героя, шута, злодея, любовника и прочих.

Я люблю играть комедии. Но иногда душа требует драмы. Но и в любой драме можно найти немного комедии.

– В театральной жизни немало курьезов. Расскажите о самом запомнившемся случае.
– Конечно, без курьезов не обходится. Но они незаметны зрительскому глазу. Мы c коллегами порой уcтраиваем друг другу так называемые расколы. Во время спектакля один пытается рассмешить, а другой должен не поддаваться. Главное, не перейти черту и не навредить постановке.

Расколы мы часто устраиваем на новогодних показах. Это горячая пора, и мы отыгрываем одно и то же по несколько раз в день. Эти маленькие веселые проделки помогают сохранить жизнь спектаклю. Ведь, если ничего не происходит между актерами и все сидят на одной колее, спектакль теряется.

Мне вспомнился случай еще со времен, когда я работал монтировщиком в рязанском Театре юного зрителя. Мы поехали с постановкой «Красная Шапочка» в пионерский лагерь. Декорации прибивать на сцену нельзя, поэтому поставили их на грузы и пошли купаться. Приходим и узнаем, что во время показа спектакля открыли дверь избы не в ту сторону, и конструкция начала падать. Актриса, которая исполняла роль Красной Шапочки, взяла удар на себя: не прекращая играть, удерживала декорации и пыталась все поставить на место. Было забавно!

В Усинске, кстати, тоже нельзя ничего прибивать и прикручивать к сцене. Как-то мы ставили «Именины сердца», и там все держалось на грузах, веревочках и нервах монтировщиков. И в первой же сцене открыли дверь не в ту сторону. Мы все ахнули, но веревочки выдержали, и мы отыграли без курьезов.

– Не было ли непредвиденных ситуаций сегодня?
– Есть эпизод, где мы в первый раз сталкиваемся с Александрой – она играет Клаву Игнатюк. Мы идем друг к другу спинами, и по шагам трудно просчитать, где мы точно столкнемся. А тут, в Усинске, еще сцена широкая, и найти друг друга вслепую тяжело. Почувствовал, что затянулось, и обернулся сам. А как-то мы с ней целых три круга дали вокруг этого фонтана!

– Актер, которого любит и принимает публика, – это талант?
– Талант, несомненно, важен. Но пахать все равно придется. Можно прочитать сотни книг и не понять, как это работает. Пока ты не выйдешь на сцену, пока тебе не поможет режиссер, тяжело стать хорошим актером. Актер – один из главных инструментов режиссера. И только режиссер может помочь встать в такую позу, в которой ты не был никогда и не думал, что можешь так сыграть эту роль. А он это в тебе разглядел.

– Не надоедают ли постоянные репетиции, где вы повторяете изо дня в день одно и то же?
– Репетиции – это не просто заучивание текста, это еще и поиски логики и смысла. Мы разбираемся, с кем и что произошло, почему они все здесь и прочее. Ты должен научиться думать, как твой герой. Также во время репетиций ведутся поиски стиля, мизансцен и музыки.

– Что делать, если во время спектакля актер почувствовал недомогание?
– Доигрывать! Есть такое выражение: «Сцена лечит». Был случай с моим знакомым актером. Он во время спектакля неудачно упал и сломал пальцы. Что он сделал? Просто пальцы, выгнутые в другую сторону, вернул на место и продолжил делать свое дело, не прерывая спектакль. А боль пришла, когда шагнул за кулисы.

Сцена – это экстремальный участок жизни, где организм получает много адреналина. Особенно если трагическая роль. Эти все болячки – они теряются, когда ты стоишь перед зрителем.

Когда-то я занимался легкой атлетикой. Выходишь на старт – у тебя болят ноги и колени. А когда уже летишь, как ветер, ничего не чувствуешь. Только пересекаешь черту финиша – вся боль просто обрушивается на тебя. Также и у нас, актеров.

– Нравится ли вам бывать в Усинске?
– Гастроли к вам – старая добрая традиция. Здесь все знакомо, и нас все знают и ждут. Публика невероятно теплая и дает большую отдачу, что для нас очень важно. Ведь все же в театре главный – зритель. Мы творим для него.

Спасибо Усинску за такой прием. Каждый раз от встречи мы получаем огромный заряд бодрости. Надеемся, что будем радовать усинцев и дальше!