То есть общественные слушания - это форма информирования широких общественных масс о тех или иных планах субъектов хозяйственной деятельности. Организуются они для того, чтобы еще на стадии проектирования, до начала работ, получить оценку тех людей, которые живут на этой территории, понять их отношение к происходящему и с учетом этого скорректировать свои действия.
Обычно на слушаниях заявители проектов выступают, рассказывают о планируемых работах, об условиях их проведения, а представители органов власти, природоохранных служб, общественности слушают, спрашивают, делают выводы и ставят условия. Должен отметить характерный для нашего города нюанс. Как правило, на подобных мероприятиях бывают только те, кто по долгу службы обязан присутствовать. А из общественности - раз два и обчелся. Так и на общественных слушаниях по проведению сейсморазведки в районе Усть-Усы присутствовали представители населения села - два с половиной человека. Итог - положительная оценка. А потом - общесельские сходы, угрозы в адрес местной власти, некоторые горячие головы даже грозились препятствовать сейсморазведчикам. А по какому праву?
Я понимаю позицию некоторых жителей Ижмы, которые уже долгое время пытаются не допустить разработки месторождений на территории района, стараясь сохранить девственное состояние среды своего обитания. У нас же о девственности говорить не приходится. И категорично делать заявления: - не стоит. Недра по Конституции России являются собственностью всех граждан страны. Лицензии на недропользование выдает федеральное министерство. Ни на городском, ни даже на республиканском уровнях такие вопросы не решаются. Поверьте, проводить сейсморазведку, добывать нефть будут, если на это выдана соответствующая лицензия, должным образом оформлены все документы, соблюдены все требования законодательства.
Население территории недропользования здесь вправе (и должно) только заострять внимание представителей власти, промышленных предприятий на тех или иных культурно-исторических особенностях местности. Например, речь может идти о том, что данный участок земли традиционно является местом народных гуляний, или, предположим, там старые захоронения находятся. То есть сказать о тех особенностях, о которых не знают проектировщики, и они обязаны, безусловно, учесть полученные сведения. Но ставить вопрос, что нельзя, дорогие земляки.
С подобным необоснованным усинцев пришлось столкнуться два года назад. Тогда по улице Парковой планировалось строительство автостоянки. Там просторный, окруженный пятиэтажками двор, хаотично, вдоль и поперек заставлен машинами. Частный инвестор готов был вложить деньги, построить автостоянку, брал на себя обязательства оборудовать детский городок. Но ему общественность добро на строительство не дала. Что явилось поводом для отказа, не знаю. Кто от этого выиграл? Никто.
Население может повлиять на строительство каких-то объектов в городе. И оно влияет. Жители домов по ул. Пионерской не захотели, чтобы у них во дворе был спортивно-развлекательный центр и добились своего. Возле дома № 20 по ул. Парковой уже сваи были забиты, начиналось строительство торгового павильона, но общественность сказала и павильона нет. То есть, вопросы местного ведения решаются с максимальным учетом мнения населения. Для меня, как для главы, мнение большинства - определяющий фактор при принятии определенных решений. Если что-то людям не нужно, значит, строиться это не будет. Локальные вопросы таким образом решаются. А недра - не наш уровень.
Подобная усть-усинской ситуация происходит и в Усадоре, где население требует убрать действующую невдалеке нефтеналивную эстакаду, говоря что в поселке часто ощущается резкий запах сероводорода. Когда по этой теме проводились слушания, общественность не возразила, и решение было принято . Все существующие требования при строительстве нефтеналива соблюдены. Он находится в полосе отвода железной дороги. Каких-то нарушений в процессе строительства допущено не было. Хотя должен сказать, что проблема несколько иного характера там действительно существует. Видимо, из-за несовершенства технологии сероводород, содержащийся в нефти, на каком-то этапе соприкасается с воздухом и ядовитый газ попадает в атмосферу. Вот это действительно проблема. Ситуацию я держу на контроле. Если после проведения соответствующих замеров содержания сероводорода в воздухе на различных от объекта расстояниях выяснится, что этот уровень хотя бы приближается к предельно допустимой концентрации, мы закроем объект. Не сомневайтесь. Закроем до той поры, пока не будет использоваться технология, исключающая попадание сероводорода в воздух. Есть и другой вариант - доставлять на терминал чистую нефть, подготовленную по стандартам - без воды, газа и иных примесей. То есть обязать нефтяников возить нефть не со скважины в город, а с пункта подготовки нефти. Конечно, для них это хлопотно - необходима будет дополнительная перевалка на Головных. Но это уже их проблемы. Так что в этой части, я считаю, что претензии усадорцев обоснованы.
Виновны в сложившихся ситуациях, бесспорно, и предприятия. При организации общественных слушаний объявления о них даются в муниципальной газете всего один раз, да и то мелким шрифтом, и, как правило, где-то в рекламе. И если руководители заинтересованных предприятий не хотят той головной боли, которой мучались сейсморазведчики, им следует проводить с населением более активную разъяснительную работу. Если они настроены работать дальше, формировать свой бизнес в благоприятной среде, то нужно на ранней стадии изучить отношение этой среды, чтобы выстроить добрососедские отношения в дальнейшем. С людьми нужно говорить, их нужно слушать - зачастую это помогает избежать многих проблем. И кто не умеет этого делать, тому нужно учиться.

(C) Феликс МАРКОВ.