В другом магазине мне сообщили, что завод «сломался».
– Это как? – спросила я администратора.
– Сломался и все, – резюмировала дама и отказалась сообщать подробности «печального» инцидента.
Вечером на семейном совете мои близкие, уже четыре дня страдающие от отсутствия всеми любимого кефира и сметаны, предположили вот что. В результате сельскохозяйственного кризиса, вдруг обрушившегося на Россию, кировчане стали поставлять свой вкуснейший и свежайший товар в Москву. Жители столицы все-таки круче приполярных усинцев. На мое робкое замечание о том, что в Московской области есть множество своих заводов, почему-то никто не отреагировал.
А теперь еще и пожар… Вот так за эти четыре «безмолочных» дня усинцы «сожгли» комбинат, который не первый год кормит не только наш северный город, Республику Коми, но и всю Кировскую область, а также другие регионы России.
Звонила я и усинским предпринимателям, которые тоже оказались не в курсе дел. Отсутствие информации на всех фронтах совпало с произошедшим накануне ростом цен на отдельные продукты. Докопаться нам, газетчикам, до истины помогла предприниматель Марина Садриева. Она посоветовала искать корни проблемы в железной дороге, так как это единственный путь, по которому в Усинск поставляется молочка. Так оно и оказалось. Как уже сообщала наша газета, у кировских арендаторов вагонов завершился срок договоров с ОАО «РЖД». И сегодня, пока ситуация не урегулируется, вятская молочная продукция поставляется в Усинск через Сыктывкар.
К счастью, изменение транспортной схемы никак не повлияло на стоимость продукции. Может быть, потому что и завышать уже некуда – литр кировского молока после «продовольственного кризиса» стал стоить более 32 рублей, пол-литровая пачка кефира – 18 рублей. Спрашивается, куда уж больше?