Такие люди нам нужны

В «ЛУКОЙЛ-Коми» Станислав трудится чуть больше года: на УГПЗ устроился в качестве подсобного рабочего, на летний период. Однако его основательность и ответственность за выполняемое дело не остались незамеченными. Единственный из тех сотрудников, кого взяли на работу временно, он получил предложение постоянного трудоустройства в штат предприятия. Заместитель директора завода по общим вопросам Селибий Ордашев пригласил лично: «Такие люди нам нужны!».

До УГПЗ Станислав Кощеев работал на трубной базе, пробовал себя в профессии товарного оператора. Теперь же он следит за соблюдением технологических процессов на газонакопительной станции (ГНС). Сюда поступает газ, прошедший установку сернистой очистки. На выходе из ГНС получается уже настоящий продукт нефтепереработки – газолин, газовый бензин.

– УГПЗ впечатлил меня сразу, – говорит Станислав, – и тем, что на нем осуществили масштабную модернизацию мощностей, и самой технологией, применяемой для очистки газа. До этого мне уже приходилось иметь дело с компрессорами, правда, не газовыми, а воздушными – в Кирове, на заводе по бурению скважин. Поэтому в первую очередь было интересно сравнить это оборудование. Получается, и раньше я был «рядом» со своей сегодняшней профессией, однако увидеть всю сложную технологическую цепочку лично, как сернистый газ смешивается с раствором чистого амина и поглощается сера – это совсем другое. Нравится коллектив предприятия: молодые, по-хорошему амбициозные люди. В этом немалая заслуга директора УГПЗ Владимира Шкуренко. Я благодарен руководству, поверившему в мои способности.

А самого Станислава Кощеева на заводе знают как человека волевого и обязательного, прошедшего армейскую школу в воздушно-десантных войсках РФ.

Пять секунд до купола

На срочную службу Станислав призывался в родном Кирове. Новобранца отправили в 98-ую гвардейскую воздушно-десантную дивизию города Костромы. – С детства очень хотел служить в ВДВ, – вспоминает он. – И в армии мечта сбылась. За время службы больше всего запомнились, конечно, прыжки с парашютом. Хотя первый свой прыжок не помню, слишком волновался. Зато навсегда остались в памяти второй и все последующие. Как сейчас вижу эту невероятную по красоте картину: зима, вокруг белым-бело, все внизу кажется таким маленьким и далеким. Солнце светит, летят птицы, а рядом – сослуживцы.

После трех учебных прыжков с самолета АН-2 все последующие совершались с ИЛ-76 – на скорости 350 км/ч, четыре потока выхода, когда друг за другом за тот самый дюралевый борт выходят 130-140 человек... – Здесь главное – лицо товарища, который находится рядом с тобой, – поясняет Станислав. – Потому что когда собираются сразу 130 молодых парней, и кто-то из них морально и психологически не готов, дает слабину, это сказывается на всех остальных. Поэтому товарищество и в воздухе, и на земле играет большую роль.

Выход начинается на высоте 1500-1700 метров. У каждого, кто оттолкнулся от борта, есть пять секунд свободного падения. И счет про себя: «501, 502, 503, кольцо, 504, 505, купол!». Несмотря на высокую скорость, с которой приближается земля, действовать в воздухе нужно хладнокровно и последовательно, строго по командам. Как только раскрылся купол основного парашюта, необходимо развернуться по ветру, ни в коем случае ни с кем не столкнуться, не войти в стропы парашюта соседа и правильно сгруппироваться при приземлении.

Из Цхинвала в Кремль

– В гвардейском артполке города Костромы я прослужил два года, – продолжает Станислав Кощеев. – Захотелось новых ощущений, остался на сверхсрочную службу и перевелся в Иваново, в 9-й городок, в 215-ю отдельную разведроту, бойцы которой напрямую подчинялись командующему воздушно-десантными войсками России. Там я и узнал, что такое затяжные и ночные прыжки, с РД (рюкзак десантника), пулеметами и автоматами, разведка боем. Всего же за годы службы я совершил 31 боевой прыжок с полной выкладкой.

Есть в послужном списке ефрейтора Кощеева и опыт участия в реальной боевой операции – в августе 2008 года, во время грузино-южноосетинского конфликта. Он был отмечен знаком отличия «За службу на Кавказе», который ему лично вручил тогда президент России Дмитрий Медведев.

– О том, что летим в Кремль к самому президенту, узнали прямо на построении в Цхинвале, – вспоминает Станислав. – Было нас 22 человека, вместе с командиром. В таком составе сразу и полетели в столицу. Разумеется, это большая честь, но все-таки это не главное в моей службе. Я очень рад, что за три года в ВДВ узнал, что такое настоящее боевое братство. После Цхинвала мы стали еще сплоченнее, ребята, которые попали в десантные войска с самых разных регионов и городов страны – Якутии, Нижнего Новгорода, Костромы, Грозного, Дагестана. До сих пор поддерживаем отношения.

Сейчас День Воздушно-десантных войск для меня – один из самых важных праздников в году, можно сказать, как день рождения. Отмечаю его в Усинске, я очень рад, что здесь на севере немало тех, кто прошел эту школу мужества. Думаю, что бывших десантников не бывает. Эти ни с чем не сравнимые ощущения, которые испытываешь в небе, остаются с тобой на всю жизнь.