– Владимир Викторович, вы возглавили завод в 2015 году. Какие события из жизни производства считаете самыми важными?
– Основное, конечно, – завершение модернизации УГПЗ. Реконструкция шла полным ходом, когда я принял завод.

За пять лет, с 2012 по 2017 годы, построены установка сероочистки и осушки газа, дожимные компрессорные станции сернистого и бессернистого газа, реализована полная автоматизация производства, что повысило качество производственного контроля над технологическим процессом. Объемы компримирования газа за этот период выросли в три раза – с 200 до 600 млн кубометров в год.

Было сделано немало, принимали сложные, но интересные технологические решения.

Сегодня, впрочем как и всегда, основная задача УГПЗ – это безопасная и безаварийная эксплуатация трубопроводов и оборудования. Могу выделить некоторые критичные элементы, такие как замена изношенного парка газопроводов и поддержание в работоспособном состоянии компрессорного оборудования в условиях ограничения импортных поставок.

– Не так давно мы писали о капитальном ремонте участка магистрали Уса – Печора. Это была основная цель предприятия в 2022 году?
– Почему же? Замена отрезка от нулевого по 40-й километр, от блока переработки газа на заводе в южном направлении в сторону Печоры, уже завершена. В том числе подводного перехода. Сейчас ведется демонтаж старых труб.

А капитальные ремонты газотранспортной сети ведутся постоянно на основании обследований, проведенных в ходе эксплуатации. В год мы ремонтируем порядка 30 километров труб. И это не просто замена самой трубы, зачастую и восстановление объектов линейной части: крановых узлов, опор, изоляции, обваловки.

– Какие еще достижения можете отметить?
– Раньше на УГПЗ была проблема с бутанами. Поясню: когда мы на колонне вырабатывали пропан-бутановую фракцию, собственно, сами бутаны оставались невостребованными. Но этот вопрос удалось решить: мы нашли покупателей и сейчас поставляем сжиженные углеводороды не как когда-то баллонами, а танк-контейнерами. В год отгружаем порядка 1 000 тонн.

Также у нас произошла реорганизация: появилось новое подразделение – цех по ремонтным и аварийно-восстановительным работам (ЦРиАВР). Произвели межцеховое перераспределение фунций и задач, в частности, перевели часть линейных трубопроводчиков в слесари по ремонту в газовом хозяйстве. По сути, они остались «аварийщиками», важно, что нам удалось увеличить размер оплаты за сложную полевую работу.

Также в достижения можно записать и тот коллектив, который сегодня сформировался на заводе. Здесь каждый на своем месте. Я старался подбирать людей не под себя, а под определенные задачи, с которыми они профессионально справляются.

– Кто стал для вас самым важным «приобретением»?
– Безусловно, главный инженер Роман Сницаренко. Еще когда сам был главным инженером, «переманил» его из ТПП «ЛУКОЙЛ-Усинскнефтегаз». Он трудился мастером на терминале «Харьяга», и я видел, что у этого человека есть хватка и способность находить нестандартные решения. Он внес огромный вклад в реконструкцию завода; дожимная компрессорная станция на Западном Тэбуке – тоже практически его детище.

Сейчас Роман Александрович возглавит завод. В его кандидатуре не сомневались: справится. А на должность главного инженера я пригласил Алексея Сухорукова. Он был у нас начальником ЦИТС, потом уехал в Узбекистан. Несколько лет он отработал на крупных газовых месторождениях, это его специфика, и здесь его помнят.

Кроме того, в «кадровом вопросе» нужно отметить действующего начальника ЦИТС Наиля Нигматуллина. С ним я проработал более 20 лет. Он в совершенстве знает газотранспортную систему.

Нельзя не упомянуть моего заместителя – Селибия Ордашева.

– Что-то осталось недоделанным?
– Да, еще перед пандемией мы начали большой проект совместно с усинским филиалом Ухтинского государственного технического университета. Я называю его «мини-MBA» для мастеров. Есть ситуация: те ребята, которые работали, например, трубопроводчиками линейными, становятся мастерами. В профессиональном плане они высоко компетентные, а если что не знают – мы научим, однако есть сложность коммуникационного характера с новоиспеченными подчиненными. Так, переподготовка на базе УГТУ была направлена на то, чтобы объяснить им профессионально, как их эффективная работа на местах влияет на успешность предприятия и Компании. Также в специально разработанной программе имелся блок психологии работы с людьми: как мотивировать, сгладить конфликты, которые могут возникнуть, когда вроде работали плечом к плечу, а кто-то стал мастером. Надеюсь, эта история будет продолжена.

– Семь лет – немалый срок. Как изменились вы за эти годы? Какие выводы сделали?
– Сложно давать оценку самому себе. Изменения происходят постепенно и малозаметно, это как дети – не замечаешь, как растут.

Единственное – придя на должность директора, я какое-то время «оставался главным инженером». Тогда на тот момент генеральный директор ЛУКОЙЛ-Коми Александр Лейфрид сказал: «Прекращай быть главным инженером, дай работать другим». Задача директора – общая организация производственного процесса. Понятно, что нужно вникать и в технические стороны, но при этом четко разграничивать сферы влияния. Если директор вмешивается в работу главного инженера, тому становится некомфортно, появляется неуверенность в своих решениях. Поэтому и основной вывод: каждый должен заниматься своим делом, но при необходимости быть готовым выполнять более широкий круг задач.

– Вам тяжело расставаться с заводом?
– Я об этом думал. Что жалеть? Надо двигаться вперед, надо жить. Поступило предложение из ПАО «ЛУКОЙЛ» о смене места работы, подумал и решил принять его. Основные цели достигнуты: завершена реконструкция завода, проведена реорганизация предприятия, подобрана эффективная управленческая команда, а впереди – новые вызовы. Новое предприятие – это другие цели и задачи, а значит, и новые методы их решений. Думаю, придется чему-то учиться заново и передавать свой опыт, полученный от работы в Обществе. К тому же учителя у меня были высококлассные, профессиональные руководители: Олег Федорович Калинин, Николай Анатольевич Виноградов, Александр Викторович Лейфрид, Александр Сергеевич Голованев.

В целом я больше привязываюсь не к местам, а к людям. Любое место можно подстроить под себя, а люди – это другое. Кстати, мы с коллективом уже посмеялись, что я один из немногих руководителей, кто с завода ушел не на пенсию, а на повышение. Надеюсь, они смогут гордиться мной.