В гости к бездомным.
На свалку, как оказалось, приехали вовремя – на мусорных просторах уже с утра «бродят» около десяти человек. Каждый здесь ищет что-то своё – кто-то металлические отходы, чтобы сдать на пункт приёма металлолома и таким образом заработать, кто-то ищет «объедки» для подкормки домашних животных. Один парень из Пармы искал радиодетали – занимается ремонтом бытовой техники. Пообщавшись с людьми, мы поняли, что нам нужно ехать дальше – «коренных жителей» свалки среди них не оказалось.
Те, кто действительно на дне – за необъятной территорией пищевых и бытовых отходов. Пару лет назад бездомные соорудили себе между соснами «ночлежку». Издалека сразу не заметишь. Подойдёшь ближе – небольшие домики из подручных средств – из дерева и металла, внутри стены обшиты старым ковровым покрытием. Между деревьями натянуты верёвки для сушки одежды. Имеются хозяйственные постройки, где складируется скарб живущих там людей. В каждой каморке есть некое подобие кровати, в некоторых – даже печки-буржуйки.
Чуть поодаль горит костёр, на котором греется вода. Вокруг импровизированного очага четверо мужчин – в старой, рваной одежде, но при этом сильно отличающиеся от бомжей, которых можно встретить на Ярославском вокзале в Москве. У наших усинских более опрятный вид и не такие «пропитые» лица. Встретили нас молчаливым недовольством, а провожали позже с обидой в глазах. Не на нас, репортёров потревоживших их спокойное размеренное существование, а на жизнь, тяжкие моменты которой мы приневолили их вспомнить.
Признаться мы думали что обитатели городской свалки будут замкнуты, поэтому к встрече подготовились и приехали не с пустыми руками – с «выпивкой» и «закуской». Как оказалось не зря – после ста граммов водки они стали более разговорчивыми и поведали свои истории…

Откуда они.
Иван
– Живу в Усинске десять лет. Приехал в конце девяностых из Казахстана на заработки, друг меня пригласил, – рассказывает Иван Николаевич. – Сначала прибыл с «разведкой» – подыскать работу, освоиться. Потом нашёл жильё, устроился водителем, и жизнь пошла своим чередом. Однако буквально в прошлом году получил травму – отрезало пальцы на ноге. Тогда же и потерял постоянное место работы, потому что долго пролежал в больнице… Вот и перебиваюсь случайными заработками. Собираю на городской свалке металлические отходы, обжигаю на костре, сдаю на базе в Усинске. Так и живу.
Подлечу ногу – сразу же устроюсь на другую работу. Ведь в Казахстане у меня семья, и помочь им могу только я. Там работу найти очень сложно. А чтобы заработок был достойным – совсем нереально…
Анатолий
Он прибыл в Усинск из Башкирии, ему всего 25 лет. На вопрос, что он делает на городской свалке, ответил:
– Я водитель, жду зимника. Сейчас работы пока нет. Вот и приходится перебиваться случайными заработками (в данном случае – сбор металлолома на свалке, прим. авт. ). Ни мои родители, ни девушка не знают, чем сейчас занят. Зато когда откроются зимние дороги, устроюсь на работу, буду помогать родным материально. Ведь в Башкирии заработать столько, сколько в Усинске, невозможно.
Андрей
– Приехал в Усинск из Белоруссии, работал на Варандее. Потом, так случилось, потерял все документы, включая военный билет. Был и в милиции, и в паспортном столе, мне ответили – ты иностранец, что хочешь, то и делай. У меня даже деньги на книжке есть, снять не могу. Работу потерял, теперь здесь обитаю. Когда холодно, живу в Парме у знакомых.
Василий
– Жил в Кирове, работал в Усинске вахтовым методом. Когда умерла жена, переехал сюда насовсем. Правда там квартира осталась, но у меня нет никаких документов на неё, не знаю, что сейчас с ней. С работы уволили, потому что с начальством не ладил. Здесь на свалке сам себе начальник, никто мне не указ.

Распорядок дня.
Утро. Встать нужно пораньше, чтобы успеть к завозу мусора. Если заночевал у кого-то в Парме – тем более надо поспешить, учесть время на дорогу. А если в «ночлежке», можно не торопиться – всё равно услышишь как мусоровоз подъезжает. Потом – сбор цветного металла.
Обед. Небольшой «перекус». Погреться у костра, выпить сто грамм и дальше за работу. Провода лучше обжечь самому, обработанный металл дороже стоит. Сдать собранное в пункт приёма металла. Обычно от них приезжает автомобиль, но не каждый день.
Вечер. Поход в магазин, купить что-нибудь перекусить. Если в Парме есть где остановиться, там и устроить застолье. Бывают дни и не особо прибыльные – тогда уже кто где найдёт себе приют. А вообще, лучше держаться вместе, помогать друг другу, что и делают наши герои.

Смысл жизни.
– Иногда так засыпаешь, – говорит Василий, – думаешь, – а что если бы… Просыпаешься, и хочется что-то сделать, чтобы вылезти из этой грязи. Начинаешь искать работу. Пару раз откажут – снова ступор – руки опускаются. На свалке мы сами себе и хозяева, и начальники. На сколько продадим цветного металла – на столько будем жить. Переночевать есть где пока… а там видно будет. Может наберусь сил и сумею жизнь наладить. Вспоминаешь прошлое, как-то всё гладко было, ни о чём не задумывался. А вот когда ты становишься ненужным не только обществу, но и близким, друзьям, то думаешь – на что жизнь потратил, что приобрёл, чего добился… Вот вы спрашиваете – хотелось бы другой жизни? Конечно бы хотелось, но для этого нужно что-то делать, а сделать – сложно. Хотелось бы… да раньше нужно было думать. Будущее всегда кажется далёким и светлым. Авось, думаешь, всё наладится. Но когда оно наступает, никакое авось не помогает – реальность положения давит на тебя так, что трудно поднять голову и посмотреть наверх – посмотреть на нормальную жизнь. Я отстал от времени, сбился с ритма. В моей жизни сейчас одна радость – в тепле и сытости провести вечер. Что будет завтра – не знаю. Лишь бы с ума не сойти, да на дороге не замёрзнуть. Начать всё сначала? Вы сами знаете, рассказывали про пьесу Горького. Очень легко опуститься на самое дно общества, а выбраться оттуда – практически невозможно…