Журналистское любопытство вновь тянет корреспондента газеты в цеха. На этот раз Альбина Хазиева решила попробовать свои силы в деле оператора по добыче нефти и газа (ДНГ). Почему выбор пал именно на эту специальность? Все очень просто. Оператор ДНГ – одна из ключевых должностей нашего предприятия. А еще, конечно, стало интересно узнать, справится ли хрупкая девушка с по-настоящему мужской работой.

А почему, кстати, ее считают таковой? Как выглядит куст скважин? И почему его вообще называют «кустом», а не, скажем, «букетом?» – эти и другие вопросы рождались в моей голове, пока я ехала в комплексный цех по добыче нефти и газа № 4, где мне и предстояло вновь попробовать свои силы в деле нефтяника. А находится он, кстати, на Возейском месторождении, в полутора часах езды от Усинска.

Безопасность превыше всего!

В КЦНГД-4 меня встретил Герман. Нет, это не мой наставник, а симпатичный манекен в красной каске, спецовке, очках и ботинках. Он первый, кто попадается на пути при входе в административно-бытовой комплекс цеха. И это неслучайно: на производстве особое внимание уделяют охране труда и промышленной безопасности, а Герман – образец внешнего вида каждого работника. Это своего рода шпаргалка для нефтяников, наглядное пособие для самоконтроля. Хотя опытные работники и без подсказок знают все детали производственного дресс-кода.

Мой наставник – мастер по добыче нефти и газа и газового конденсата Иван Ищук – отлучился по важному вопросу, и нам с фотографом пришлось немного подождать. За это время мы успели изучить экипированный по всем правилам техники безопасности манекен и познакомиться с оператором ДНГ и по совместительству исполняющим обязанности мастера по поддержанию пластового давления Олегом Поповым. Кстати, очень интересный человек. Уже почти два десятилетия он работает на предприятии. Неудивительно, что именно ему Иван Викторович доверил провести нас на скважины... Но не буду забегать вперед. Обо всем по порядку.

Когда я вошла в кабинет к мастеру, признаюсь, была немного удивлена, увидев довольно молодого мужчину. На вид нефтянику не больше 30. Мне стало интересно, как может руководитель бригады быть столь молодым. Ответ на этот вопрос я получила уже в первые минуты нашего разговора. Иван Викторович – человек знающий, серьезный и ответственный. Начинал, как и многие, с оператора ДНГ третьего разряда. Целеустремленность и трудолюбие позволили ему стать мастерм по добыче нефти и газа и газового конденсата всего за два года. Так что высокую должность Иван Ищук занимает неслучайно.

Для начала наставник показал мне основной документ при эксплуатации месторождения – регламент систем нефтесбора. Можно сказать, «библию» любого цеха, которую каждый оператор должен знать на зубок.

– По этой схеме идет сбор нефти со всех скважин промысла. Вот видите, здесь, помимо самих скважин, изображены и трубы. Как проходит и куда сдается добытое «черное золото», – объяснил Иван Викторович.

После этого я изучила еще положение о комплексном цехе, инструкции по профессии, видам работ, по охране труда и промышленной безопасности. Оказалось, чтобы просто подойти к скважине, необходимо выучить десятки страниц правил.

После обучения молодой специалист сдает экзамены по пожарной и электробезопасности, по основной специальности и только потом, получив удостоверение по охране труда, приступает к своим обязанностям. К слову, один «новичок» будет допущен к скважинам только после того, как отработает все виды деятельности с опытным наставником.

– На опасном производственном объекте особое внимание уделяется охране труда и промышленной безопасности, – наставляет мастер. – Не зря один из лозунгов Компании гласит, что нет такой важной и нужной работы, чтобы мы не могли подготовиться и сделать ее безопасно.

Работа для сильных

– В чем же заключаются обязанности оператора ДНГ? Почему на этой должности в основном работают мужчины? – начала я засыпать вопросами Ивана Викторовича.

Из ответа нефтяника стало ясно, что профессия оператора ДНГ довольно сложная. Оказалось, что в его обязанности входит не только следить за тем, чтобы скважины работали в штатном режиме и заполнять соответствующую документацию, но и обслуживать наземный и подземный инструментарий скважины, производить монтаж, демонтаж и ремонт промыслового оборудования, следить за порядком на производственных объектах и многое другое. Одна из самых важных задач – оперативное реагирование на любое отклонение от режима работы скважины. Отсюда и название профессии – оператор.

– В принципе любая девушка справилась бы с работой тех операторов, которые находятся в объезде фонда и заполняют «шахматку» – в этот документ вносятся все текущие параметры скважины, – продолжил мастер. – Хотя и здесь сложности могут возникнуть. Если один из показателей отклонился от нормы, нужно предпринимать меры. А даже открыть или заменить задвижку не каждой даме по плечу. Здесь силы нужны! А это, между прочим, ежедневная работа нефтяников.

– Зато я на пианино могу сыграть… – хотела было я оправдаться.

– А в связи с тем, что деления обязанностей у нас никакого нет, – продолжил Иван Ищук, не обратив внимания на мои слова, – то получается, что девушка в любом случае столкнется с физическими нагрузками. И это я еще про зиму нашу не говорю! В морозы сложностей в разы больше.

Звучит довольно убедительно. Но нужно проверить! Я расписываюсь в журнале о том, что прошла вводный инструктаж и бегу переодеваться. Надеваю каску и уже знакомую мне спецовку. На этот раз понадобились и другие атрибуты нефтяника: очки, перчатки, сапоги, газовый анализатор и самоспасатель. И вот я уже настоящий оператор ДНГ. В путь!

Фонтанка

К месту работы еду в дежурной «Ниве» с уже знакомым Олегом Поповым. Пока добирались до куста, Олег Иванович рассказал, что 18 лет трудится в дружных рядах лукойловцев. Причем всегда работал в своем любимом и уже ставшем ему родным цехе № 4. Здесь же оператор ДНГ вырос с третьего до шестого разряда. Что ж, такой опытный нефтяник, несомненно, поведает интересные тонкости работы. Мы на месте.

На небольшой площадке, которая по периметру огорожена валом из песка, я вижу только торчащие из земли части арматуры с задвижками. Вот это неожиданность! А я-то думала, что на кусте обязательно должна быть вышка или качалка…

– Нет, не обязательно, – не скрывает улыбки мой наставник. – Может быть и только «фонтанка» – такая скважина, с помощью которой добывается «черное золото» из недр, где пластового давления достаточно, чтобы нефть сама поднялась на поверхность, без использования насосов. Поскольку Возейское месторождение разрабатывается в течение десятков лет, энергии пластов уже недостаточно: мы используем глубинное насосное оборудование.

Любая справится

Чтобы получить новые знания, я направляюсь к небольшому зданию на площадке – это групповая замерная переключательная установка (ГЗПУ), поднимаюсь по ступенькам и пытаюсь войти, но меня останавливает табличка «Перед входом проветрить 15 минут».

– Помещение нужно проветрить, ведь там может скопиться сероводород – опасный газ. А безопасность у нас превыше всего, – напоминает профи.

С помощью ГЗПУ измеряется поток нефтесодержащей жидкости от скважин к нефтесборному коллектору. Пока стоим на улице, я обращаю внимание, что к зданию подходят четыре трубы – число, соответствующее количеству скважин на этом кусте. Здесь же находится манометр, показывающий давление на скважине. Рабочий параметр – 2,5 МПа.

Внутри здания множество труб, вентилей, задвижек переплетаются, словно нити, в хитрую мозаику. Но сложной она кажется новичку. Опытный же оператор без труда ориентируется в этом лабиринте. Тут же находится сепаратор, отделяющий газ от нефтесодержащей жидкости, только что поступившей из скважины, и расходомер, показывающий ее дебит.

Чтобы посмотреть все показания, мы направляемся в небольшой балок – это блок местной автоматики. На мониторе я вижу параметры каждой скважины: дебит, температура и давление нефтесодержащей жидкости, ее уровень и многое другое. Именно сюда приезжает оператор ДНГ каждые 12 часов, чтобы снять замеры и записать их в уже известную мне «шахматку».

– Да с этой работой любая девушка справится, – думаю я. – Даже если нужно целый день ездить и снимать показания.

– Если отклонений в работе нет, то можно ехать дальше. Все действительно довольно просто. А вот в случае выявления несоответствий работа усложняется – нефтянику нужно оперативно принять необходимые меры по устранению неполадок. Иногда даже несколько человек приезжают, если нужно выполнить серьезную работу. А если нужно заменить старый трубопровод на новый? Тут вообще целая бригада операторов ДНГ и сварочная группа потребуется! – как будто читает мои мысли наставник. – К тому же, во время объезда оператор ДНГ посещает до десяти кустов.

К слову, всего в КЦДНГ-4 работают три бригады операторов ДНГ, а это порядка 60 человек. И обслуживают они 242 нефтяные добывающие скважины и 61 нагнетательную.

Мастер был прав

На втором кусте меня ждала уже более увлекательная задача, чем простая запись показаний скважины. Предстояло измерить уровень НСЖ. Для этой цели наставник дал мне в руки уровнемер СУДОС-мини. Очень интересное устройство. На основной его части, представляющей собой прямоугольный металлический параллелепипед, расположен монитор с кнопками, а с левой стороны от него – клапан.

Установив прибор на затрубную задвижку, вбиваю номер скважины, номер куста и вид исследования. Резко нажимаю на клапан и запускаю тем самым поток воздуха в скважину. Долетев до НСЖ под землей, воздушная волна «возвращается» в прибор и показывает уровень нефтесодержащей жидкости. Я вижу на экране цифру 371. Значит, уровень НСЖ в нашей скважине 371 метр.

Эта работа показалась мне несложной и очень интересной. Тут же я решаюсь попробовать открыть задвижку. Оказывается, это действительно не так просто. То ли каши мало с утра ела, то ли не выспалась, но у меня ничего не получается... Все-таки прав был Иван Викторович, говоря, что это не каждой девушке по силам. В конце концов, на помощь мне приходит наставник.

Исключение из правил

Возвращаясь домой, я подвожу итоги своего трудового дня в качестве оператора по добыче нефти и газа. Оказалось, что это не только очень ответственная, но и вместе с тем интересная профессия. И все-таки я прихожу к выводу, что она больше подходит для мужчин.

Безусловно, и девушка могла бы выполнять часть обязанностей оператора ДНГ. Например, объезд фонда. Что же касается более «мужской» деятельности, требующей физической силы и подготовки, то тут, конечно, не каждая дама справится. А поскольку разделения обязанностей нет, то и быть операторам ДНГ предпочтительнее мужчинам.

Конечно, и среди женщин есть те, кто посвятил себя этой работе, в том числе и на нашем предприятии, но их не так уж и много. Хрупкие девушки в числе операторов ДНГ – это скорее исключение из правил.