Нельзя обсуждать «за глаза», запрещено пересказывать информацию, полученную от своих клиентов, копировать понравившиеся фотографии со страничек друзей и знакомых, размещённых на сайтах социальных сетей. Неправомерно упоминать в рассказах собственного сочинения эпизоды из жизни реальных прототипов героев. Не болтать, не использовать информацию в своих целях, не хранить её с целью публичного разглашения – это лишь часть запретов, касающихся сведений о частной жизни и не подлежащих разглашению. Разумеется, если информация не содержит угрозы общественному и государственному порядкам.
Все эти изменения касаются статьи 152 Гражданского кодекса РФ. Сейчас, пока поправки не приняты, этот раздел правового документа защищает честь, достоинство и деловую репутацию каждого из нас. Не так давно эта же статья была дополнена пунктом, касающимся охраны изображения гражданина. И при наличии определённых доказательств каждый может потребовать через суд опровержения порочащей его информации.
Однако понятие «частная жизнь» в Гражданский кодекс вводится впервые. Оно включает сведения о рождении, месте пребывания или жительства, эпизоды из личной и семейной жизни, факты биографии и участие человека в судопроизводстве. Причём в случае смерти гражданина право на защиту его частной жизни переходит супруге (супругу), детям и родителям. Иными словами, общественности не обязательно знать, как вы учились в школе, кто был вашей первой любовью или какого цвета обои в вашей спальне. Если, конечно вы сами не захотите поведать об этом миру.
Гражданский кодекс в нашей стране – основной свод законов, регулирующих отношения между гражданами. Да, есть ещё Уголовный кодекс РФ, а в нём статья 137 о «нарушении неприкосновенности частной жизни». Согласно ей сбор или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия считается незаконным. Наказание за это может быть довольно суровым, а штраф составляет сумму до 200 тысяч рублей.
Но Уголовный кодекс РФ – это своего рода руководство к действию для соответствующих ведомств, отвечающих за исполнение законов в России. Могут ли люди не болтать лишнего друг о друге, не сплетничать из этических соображений, без оглядки на существующие законодательные запреты?
Увы, не все и не всегда. Случившаяся на днях трагедия, потрясшая весь Усинск, – тому подтверждение. Первое сообщение о пропавшей студентке появилось 23 сентября. И все двадцать с лишним дней, пока не была обнародована информация о печальном финале истории с пропажей девушки, эту новость, опубликованную на городских сайтах, сопровождали сотни комментариев неравнодушных усинцев. Большинство сообщений – со словами поддержки и надежды, однако были среди них и довольно резкие высказывания, напрямую касавшиеся личной жизни Ирины. Сказать, что они были лишними – не сказать ничего. Наверняка они стали ещё одним ударом для и без того оглушённых горем родителей. И если бы к этому времени новый законопроект вступил в силу, авторы некорректных комментариев вполне могли бы ответить по всей строгости.
Поправки в ГК о частной жизни необходимы, их принятие – признание права человека на свой островок неприкосновенности в мире, где информация разлетается со скоростью звука.
Только вот обойдётся ли всё без крайностей? Не станет ли этот закон официальным разрешением на всеобщее равнодушие и жизнь по принципу «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Отчасти это напоминает формулу выживания в годы сталинских репрессий. Только тогда молчали, чтобы не отправиться в «места не столь отдалённые» или на расстрел – поводом для расправы могло стать одно неосторожное слово или анекдот, рассказанный не в то время, не в том месте и не тем людям.
Теперь же неразговорчивость, нежелание замечать других людей вполне может стать признаком законопослушания, ведь даже банальные фразы «Как дела? Что нового?» можно расценить как вмешательство в частную жизнь. Получается, можно с гордо поднятой головой пройти мимо лежащего на земле человека, у которого прихватило сердце или случился инсульт – при определённом подходе это тоже можно рассматривать как эпизод из частной жизни.
Нельзя диктовать нормы поведения обществу на основе одних только законопроектов. Воспитательную роль культуры, искусства и положительных примеров никто не отменял. А тут уж без вмешательства СМИ в частную жизнь никак не обойтись. К примеру, как рассказать общественности о героическом поступке какого-нибудь скромного гражданина, спасшего из огня или утопающего ребёнка, если говорить о себе ему мешает природная застенчивость?
Масштабный законопроект, разработанный Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, уже представлен на рассмотрение Главе государства и проходит общественное обсуждение на сайте «Российской газеты». По мнению большинства правоведов, скорее всего законопроект будет принят. Но отношение к нему и у специалистов, и у обычных граждан неоднозначное.
Наталья, юрист:
– Мне кажется, этот закон журналистов «жёлтой прессы» не остановит. Они и дальше будут «полоскать» частную жизнь граждан, одинаково уделяя внимание и рядовым алкоголикам, и Президенту страны. Думаю, что число судебных разбирательств увеличится, но касаться они будут либо скучающих людей с уймой свободного времени, либо вечных героев светских хроник – звёзд шоу-бизнеса. А моя частная жизнь никому, кроме близких, не интересна.
Евгений, фотохудожник:
– В целом, к законопроекту, а точнее, к его нестыковкам и перехлёстам отношусь негативно. Создание фотографий – это ведь творческий процесс, в котором многое зависит от случайностей. Объектив порой выхватывает из картин повседневной жизни по-настоящему интересные кадры и чем их больше, тем больший простор для творчества. Касается это всех фотохудожников, фотокорреспондентов и репортёров. Получается, теперь нужно будет разыскивать случайных героев снимков, чтобы добиться разрешения на использование их изображений? Это потеря времени, да и вряд ли такое возможно, особенно если речь идёт о съёмках в другом городе.
Галина, учитель:
– Хорошо, если введённые новшества отобьют у наших людей охоту посплетничать. Если же говорить предметно о моей работе, то педагог обязан быть внимательным к своим ученикам не только на уроках, но и вне учебного процесса, замечать их настроение, выяснять, чем обусловлена, например, подавленность ребёнка или агрессия. Случай случаю – рознь. Бывают, конечно, эпизоды, которые никого, кроме членов семьи школьника, касаться не должны. Но если речь идёт об угрозе его здоровью и жизни, лично я вмешаюсь безо всяких оглядок на закон о частной жизни.
Безусловно, каждый человек имеет право на частную жизнь, на защиту её от грубого вмешательства, распространения лживых или искажённых сведений, порочащих достоинство человека и наносящих моральную травму. И всё это в случае принятия поправок граждане получат. А кто-то и более того. К примеру, чиновник теперь сможет смело отправлять по известному адресу всех, кто поинтересуется, откуда у его жены-домработницы появился новенький «Lamborghini» и на какие такие доходы госслужащий отстроил двухэтажный особняк. Мужья смогут смело поколачивать жён – к крикам несчастной супруги из-за двери теперь все должны быть глухи. Подозрительные личности на лестничной клетке, вламывающиеся в соседнюю квартиру, – тоже не предмет для паники: мало ли, может у соседей такие ролевые игры для остроты ощущений? Хорошие идеи хороши тогда, когда детально продуманы механизмы их реализации, когда нет намерения «чесать всех под одну гребёнку» и бросаться в крайности. Ведь нет идентичных ситуаций, как и нет идеальных законов…